939. Путешествие Бернарда Шоу в Россию

Среди тех, кто остался довольным русским гостеприимством во время посещения Советской России был и британский писатель Бернард Шоу .

Бернарду Шоу не могут и сейчас простить его симпатии к Советской России, и обвиняют его в том, что в то время как в стране Советов свирепствовал голод, Бернард Шоу заявлял о том, что он никогда так хорошо не питался . И он был прав, иностранным гостям отдавали все самое лучшее, советское гостеприимство не знало границ.

Сокращеный перевод статьи Генри Вэдсворта Лонгфелло Дана, американского писателя и литературного критика, приезжавшего неоднократно в Советский Союз, рассказывает о визите Бернарда Шоу в Москву.

Генри Вэдсворт Лонгфелло Дан

С тех пор, как Бернард Шоу вернулся из Москвы, он проводит, так называемую, десятилетнюю лекцию о пятилетнем плане. По этому поводу говорят, что после многих лет представления других дураками, Шоу, наконец, и себя выставил дураком.

Одним кажется, что сегодня Шоу демонстрирует верх цинизма, другие что это мальчишеский энтузиазм.

Однако увлечение Шоу социализмом вызывает, скорее недоумение, чем ужас.

Возможно также, что причина такого недоумения в несоответствии отчетов о его пребывании в России, напечатанных в Америке и Великобритании.

Потому следует проследить эволюцию его впечатлений во время девятидневного визита в Россию, когда Россия удивляла Шоу, а Шоу Россию.

Отношение Шоу к послереволюционной России было сначала непонятным, в своей пьесе Annajanska or The Bolshevik Empress он обнаружил легкую симпатию к Советам, высмеивал революционеров, но еще больше контрреволюционеров. Затем он протестовал по поводу казней в Советском Союзе, и к ужасу большевиков стал симпатизировать Муссолини. С другой стороны, он высмеивал британских тори, ополчившихся на Зиновьева, организовавших налет на Arcos , был на стороне Советов во время нападок Папы Римского и с энтузиазмом приветствовал провозглашение пятилетнего плана.

Теперь известный писатель объявил, что встретит свое семидесятипятилетние в Советском Союзе. Глаза всей Европы и Америки были прикованы к нему и к России.

Что он скажет? Будет ли он, высмеивающий все вокруг, высмеивать Советы?

Как на него повлияет присутствие в делегации отдельных представителей консервативной партии, в частности, известной леди Астор?

Бернард Шоу и леди Астор за два года до поездки в Россию

Как будут действовать представители буржуазной прессы, дипломаты?

Такие вопросы задавали представители советской власти и писательских кругов, допущенные по специальным билетам на платформу вокзала для участия во встрече знаменитого писателя. Мало кто из них встречал его раньше, они ждали прибытия поезда, переговариваясь и пребывая в сдержанном возбуждении.

Когда же поезд, прибывая на вокзал, замедлил ход, они увидели в узком проходе двери вагона высокого худого мужчину в коричневом костюме, с коричневыми матерчатыми перчатками и с коричневой фетровой шляпой, которой он махал в воздухе в ответ на приветствия. Его борода уже не была рыжей, как у Мефистофеля, в ней была седина, и напоминал он теперь доброго Санта-Клауса. На его здоровом порозовевшем лице сияла улыбка гения. Его голубые глаза сверкали. Он как будто говорил: Ну, вот и я, наконец. Вы мне нравитесь! Все сомнения исчезли. Шоу был другом среди друзей.

Пока мы шли по платформе к еще большей толпе, с нетерпением ожидающей у выхода с вокзала, я, пользуясь случаем, представил ему его соотечественника, молодого восемнадцатилетнего ирландца. Тот рассказал Шоу, что он приехал в Москву на десять дней, уже живет здесь десять недель и собирается остаться на десять лет.

Шоу с энтузиазмом ответил. Если бы я был таким же молодым, как ты, я бы сделал то же самое . И мы почувствовали, что он говорит серьезно.

Через толпу мы пробрались к гостинице Метрополь, где и разместили делегацию. Отсюда, приняв ванну и немного причесавшись, Шоу попросил отвезти его к Мавзолею. Он долго стоял у гроба. Было забавно — встретились два величайших ума своего времени, один в политике, другой в литературе, в жизни и в смерти они предстали друг перед другом.

Наверное, ни один иностранец не стоял так долго у гроба Ленина. Позднее, Шоу прокомментировал черты, которые он рассматривал. Чистейший интеллектуал

Описывая руки, он отметил, что совершенно очевидно, эти руки никогда не работали.

На что леди Астор ответила Он же не п

Комментарии закрыты.